Currently viewing the tag: "Этот идеальный день"

Самое страшное в антиутопиях то, что уже реализовано в нашем мире очень многое из того, что в произведениях фантастов казалось настолько диким, что, как мыслилось, в реальности случиться уж никак не могло. Просто появлялось это вовсе не чохом, а постепенно, крохотным изменением за крохотным изменением. И понятно, что даже самый талантливый писатель не может выйти за пределы своего человеческого разума, отсюда фактически всё в антиутопиях, пожалуй, — это просто отражение того мира, который видел писатель вокруг себя, просто в какой-то мере часть фактов экстраполирована, часть утрирована, часть приглушена для пущего художественного эффекта, но… мир-то всё тот же. Так «куды же он котитсо-та»?!

И роман Айры Левина «Этот идеальный день» с миром, в котором стало повседневным и всеобщим принудительное лечение и усреднение человечества, не так далёк в своих идеях от окружающей действительности, как может показаться. Я даже опущу карательную психиатрию в этом рассуждении, чтобы не уходить уж совсем в глубокие дебри, но разве не привычен и знаком подход, что «надо быть как все», «я нормальный человек» и т.д. В то время, как простая формальная логика подсказывает, что понятие нормы либо надо очень сильно растягивать (и тогда под него попадает практически весь наш биологический вид, — и тогда зачем уточнять что нормальный?), либо под него попадёт слишком малое количество людей (и практически никто из декларирующих свою нормальность), потому что любой из нас не «как все» вовсе не в том же, в чем не «как все» сосед и коллега по работе. Конечно, можно выделить какие-то схожие группы, но на самом деле мы все очень разные, хотя схожего в нас и гораздо больше. И всё-таки мы стремимся «быть как все»… И медикаментозное усреднение — это одна из возможных экстраполяций этого стремления. Хотя, по мне, не такой уж и страшный мир нарисовал Левин — не справедливый, не идеальный, не желанный, но какой-то не слишком страшный. Многое в том мире, в котором мы живём, и пострашнее будет.

А вот придумать реальный выход из антиутопического мира его создатели зачастую не могут. Оно и понятно, как бы ни казалось, что вот можно изменить весь мир к лучшему на раз-два-три, мало кому удавалось это сделать хоть в малой мере. Так и большинство фантастов заканчивает свои антиутопические произведения свержением диктатуры, сломом верхушки системы или выводом из строя контролирующего оборудования. В этом плане устами Странника после того, как Максим Каммерер взорвал Центр, им отвечают братья Стругацкие:

— Ты многое забыл, — проворчал Странник. — Ты забыл про передвижные излучатели, ты забыл про Островную Империю, ты забыл про экономику… Тебе известно, что в стране инфляция?.. Тебе вообще известно, что такое инфляция? Тебе известно, что надвигается голод, что земля не родит?.. Тебе известно, что мы не успели создать здесь ни запасов хлеба, ни запасов медикаментов? Ты знаешь, что это твое лучевое голодание в двадцати процентах случаев приводит к шизофрении? А? — Он вытер ладонью могучий залысый лоб. — Нам нужны врачи… двенадцать тысяч врачей. Нам нужны белковые синтезаторы. Нам необходимо дезактивировать сто миллионов гектаров зараженной почвы — для начала. Нам нужно остановить вырождение биосферы… Массаракш, нам нужен хотя бы один землянин на Островах, в адмиралтействе этого мерзавца… Никто не может там удержаться, никто из наших не может хотя бы вернуться и рассказать толком, что там происходит…

Мир и гораздо проще, чем кажется, и гораздо сложнее. Вертикальные и горизонтальные связи, естественное распределение и т.д. Недооценивать каждого отдельного человека равно как и переоценивать его — это всё-таки путь, ведущий к ошибке. Во многом поэтому у писателей и нет реальных рецептов выхода из антиутопического состояния общества: гораздо проще в повествовании остановиться на сломе верхушки деструктивной системы и объявить это развязкой всей истории, чем расписывать совсем не такое волнующе-приключенческое дальнейшее совсем непростое и болезненное развитие событий, которое с большой степенью вероятности приведёт к реставрации сломанной системы. Потому что система строится не на пустом месте, и для реальных изменений должно измениться также и общество, а оно по мановению волшебной палочки вдруг стать совсем другим, чем было накануне, никак не может… это было бы просто утопично.